МОИП: Хрюшкины рассказы PDF Печать E-mail

А.П.Садчиков, профессор

Московского государственного

университета имени М.В.Ломоносова

Сторожевой поросенок

Я открыл калитку и не успел ступить внутрь ограды, как услышал предупреждающий лай собаки. Она сидела на цепи, однако грозный оскал и угрожающая поза заставили остановиться.

Вскоре собака перестала лаять. Возможно, она узнала меня, тем более что я неоднократно заходил в этот дом, и с ее хозяином был в приятельских отношениях.

Собаку звали Дина. Я позвал ее по имени. Она завиляла хвостом и уже с нескрываемым дружелюбием смотрела на меня. Конечно, она узнала меня. Все в порядке, можно двигаться дальше. Но, не тут-то было.

Из конуры высунулась голова поросенка, и сердито захрюкала. Поросенок был явно недоволен, что потревожили его. Вначале его голос был вполне нормальный, поросячий, затем стал переходить на истеричный визг. Кричал он так, будто жизни его лишали.

Поросенок хрюкал, визжал, а все его движения походили на собачьи. Он так же опускал к ногам голову, потом поднимал ее кверху, выскакивал на полкорпуса из конуры, потом, пятясь, заскакивал обратно. И все это сопровождалось визгливым хрюканьем.

Все, повадки, поведение и даже интонация указывали, что это был не поросенок, а хрюкающая собака.

Мой приятель услышал шум и вышел на крыльцо: «Шарик, на место! Шарик – это свои! Шарик, да замолчишь же ты, наконец!» – уже сердито прикрикнул он. Услышав голос хозяина, и как бы получив моральную поддержку, поросенок заголосил еще громче. Наконец, взвизгнув в последний раз, он со всех ног кинулся к хозяину. Собака при этом умильно смотрела на поросенка: «Вот, какого молодца я вырастила, орел!»

Шарик, а если вернее, сторожевой поросенок, подскочил к хозяину и с радостным визгом начал прыгать вокруг него. Он становился на задние ноги, а передними упирался ему в живот и казалось, что хотел дотянуться до лица, чтобы лизнуть его. Хозяин увертывался от него: «Шарик, на место! Шарик, лежать!»

Поросенок обезумел от счастья, крутился, прыгал, а его маленький хвостик, то расправлялся, то, как пружина, скручивался. По-видимому, таким своеобразным способом он вилял им. Шарик на радостях прыгнул и на меня, и чуть было не опрокинул. Я не ожидал от него такой прыти. Кроме того, он был грязный, как настоящий поросенок.

Чтобы успокоить разбушевавшегося сторожа, пришлось сунуть ему в рот краюху хлеба, и пока тот поглощал ее, мы успели прошмыгнуть в дом.

Увидев на моем лице изумление, хозяин объяснил, что поросенка выкормила и воспитала Дина, от которой он и перенял собачьи повадки. Живет поросенок тут же в конуре, вместе с матерью. Другого места для него нет. Свиней он, можно сказать, никогда и не видел, так как в конуру попал в день своего рождения.

Вот что поведал рассказчик. В деревне у его родственника свинья родила поросят. Один из них оказался настолько слабым, что никто уже и не надеялся, что он выживет. Незадолго до этого у собаки родились щенки, и кто-то посоветовал забрать этого поросенка ей на корм. Пока, говорят, довезешь, он помрет и будет собаке пожива. Кормящей собаке мясо не помешает. На том и порешили.

В деревне к таким вещам относятся более практично, чем в городе. Ведь ее жителям, в отличие от горожан, приходится самим, и выращивать животных, и забивать их. Так что в этом эпизоде нет ничего необычного.

Мой приятель продолжал рассказывать. Приехал он домой уже затемно и, не заходя в дом, бросил, как ему показалось, мертвого поросенка собаке, прямо в конуру. Тем более что тот уже не подавал признаков жизни. Утром он был настолько уверен, что собака съела поросенка, что, уходя на работу, даже не поинтересовался об этом. Поросенок был такой маленький и худенький – собаке на один зубок; проглотит и не заметит этого. Событие было настолько обыденным, что даже жене забыл рассказать об этом.

После этого случая моему приятелю пришлось уехать по делам. Обычно кормлением собаки занимался он сам, а жена подменяла его только во время отлучек.

Хозяин вернулся домой через несколько дней. Он, конечно, уже забыл об этом поросенке и был крайне удивлен, увидев его среди щенят. Поросенок, оказывается, выжил, его выкармливала собака. Жена, узнав об этом, только всплеснула руками: «Батюшки, что же это такое делается», настолько неожиданным было это известие.

Поросенок жил в конуре вместе с собакой и щенками. Чувствовал он себя превосходно. Чтобы поросенку хватало молока, щенят вскоре раздали соседям. Так что поросенок вскоре остался единственным дитем Дины.

Собака сидела на цепи, а поросенок был на свободном выгуле. Он бегал по двору, однако при малейшей опасности со всех ног бежал к матери. Он был маленький, кругленький, упитанный, поэтому и прозвали его «Шарик». С одной стороны – шарик, а с другой – живет в конуре. Так что ему больше всего подходит собачье имя – «Шарик».

Поросенок – он и есть поросенок. Какая из него получится свинья, если он в грязи не будет копаться. Во дворе было чисто и сухо, однако он где-то находил ее. Возвращался в конуру грязный, как настоящий поросенок.

Собака укоризненно смотрела на него и сокрушенно говорила: «Горе ты мое! Посмотри на себя, на кого ты стал похож!» – и начинала вылизывать его. Не думаю, что ей было приятно счищать с него грязь, однако мамам и не то приходится делать. Шарик вырывался, визжал, не хотел мыться. На то он и поросенок, чтобы грязным быть. Однако мама лапой ловко опрокидывала его на спину и продолжала свое дело.

После этой процедуры поросенок становился таким чистым, что хозяин не узнавал его, думал, соседский забежал поиграть. Однако стоило крикнуть: «Шарик, к ноге», как он со всех ног бежал к крыльцу в надежде получить угощение.

Поросенок подрос, стал выбегать на улицу и носился по дороге сломя голову, не обращая внимания на проезжающие машины. Так и до беды недалеко! Решили отвязать собаку, может она присмотрит за ним.

Теперь они уже вдвоем бегали по улице, в основном по обочине. Собака знала правила дорожного движения и своим примером воспитывала непослушного сына. Когда за оградой появлялись посторонние (люди или животные), собака вместе с поросенком выскакивали «облаивать» их. Конечно, каждый это делал по-своему – собака лаем, а поросенок – визгом и хрюканьем. Однако это он делал с такой же яростью, как и его мать.

Поросенок рос, как на дрожжах. Вскоре он стал большим и в конуре уже умещался с трудом. Он все так же продолжал жить на свободном выгуле, так как у хозяев не было ни загона, ни свинарника. Пропорционально массе увеличивались и проказы: то в огород залезет, то у соседей что-нибудь утащит.

Условий для содержания взрослого животного у моих приятелей не было, поэтому поросенка отправили обратно в деревню, к настоящим родителям, которые и не надеялись снова увидеть его. Наверное, были сильно удивлены появлением поросенка с собачьими повадками.

У нашей знакомой свиньи родились поросята. Так получилось, произвела она их на свет в лесу, несмотря на то, что была порядочной домашней свиньей. Что поделаешь, в жизни и не такое случается. Впервые мы увидели малышей, когда мама вела их домой. Одни из них бодро шагали за ней, другие были слабенькие и кое-как поспевали за всеми. Пройдут немного, прилягут на травку, отдохнут и трусят дальше. Поросята родились совсем недавно. На это указывали совсем еще свеженькие пуповины.

Мама шла не спеша, часто останавливалась, чтобы поросята успевали за ней. Свинья гордо поглядывала по сторонам, смотрела, как окружающие реагируют на ее потомство, ведь социальный статус самки определяется наличием детей.

В тех местах, где мы отдыхали, свиньи гуляют на свободном выпасе, и кормятся в основном, чем бог пошлет. Поэтому рождение малышей в лесу или просто «под забором» – обычное явление. Хозяева, конечно, подкармливают их, однако не так, как настоящих домашних свиней, которые сидят в загоне и занимаются только тем, что едят и спят. Свиньям утром и вечером дают немного еды, а днем они бродят по деревне или в лесу и едят все, что найдут.

Свинья, как известно, животное всеядное и ест все, что ни попадя. В ее бездонное брюхо отправляется трава, пищевые отходы, огрызки фруктов, вишневые косточки, слизни, черви, кузнечики и все остальное, что может найти на деревенских улицах. В лесу они едят то же самое, что и дикие свиньи – траву, корневища водных и наземных растений, клубни, луковицы. В конце лета и осенью, когда созревают плоды, они переходят на потребление фруктов, ягод, грибов, желудей, орехов. Роясь в земле, аккуратно выбирают личинок насекомых, моллюсков, дождевых червей. Могут даже мышку, лягушку или змею поймать. Так что свинья, она и есть свинья.

Мы вечером отдыхали на лавочке возле дома, лузгали семечки, грызли яблоки, а наша свинья со своим выводком крутилась рядом, подъедала, все, что оставалось. Даже подсолнуховые семечки аккуратно подбирали. Почти, как воробьи или голуби, которые снуют под ногами, когда у вас есть что-нибудь съестное. Стоило бросить огрызок яблока, как поросята гурьбой бросались к нему, устраивая переполох.

Периодически к нашим свиньям присоединялись два упитанных поросенка, однако мама-свинья постоянно отгоняла их, чтобы те не обижали малышей. Мы тоже не любили этих хулиганов. Поросята жили по соседству и постоянно лазали к нам в огород. В саду подъедали яблоки (то есть были нашими конкурентами), а в огороде уничтожали картошку и другие овощи. Наша хозяйка гоняла их, жаловалась, однако с них все, «как с гуся вода». Однажды они забрались в курятник и съели снесенные курами яйца. С этого времени набеги участились, причем совершали их, когда никого не было дома. После очередного скандала, их закрывали в свинарнике, однако они каким-то способом выбирались из него и устраивали очередные пакости.

У всех местных свинюшек был «друг сердца», огромный кабан. Он был отцом поросят, которые появлялись на свет, не только в нашей, но и ближайших деревнях. За исключением, конечно, случаев, когда какая-нибудь свинья заводила роман с диким лесным кабаном.

Кабан был уже в возрасте, однако свою работу выполнял исправно. Если у какой-нибудь свинюшки что-то «щемило в груди», она подавала сигнал кабану своими феромонами и он приходил на ее зов. Чуял он ее за много километров. Специалисты утверждают, дикий кабан чувствует запах подруги за десять километров.

Однажды мы встретили кабана, когда тот деловито шел куда-то. Встречная женщина, указывая на него, сказала: «Отправился в конец деревни к молодой свинке, которая призвала его». Она показала куда-то в сторону, а это ни мало около пяти километров. Кабан прошел мимо нас уверенной походкой, знающего себе цену специалиста.

Кабан жил в сарае, можно сказать в полудиком состоянии. Конечно, у него, как и у всех свиней, был хозяин, однако тот кормил кабана только зимой, когда подножного корма не хватало. И это несмотря на то, что кабан за свою «работу» получал зарплату. В деревне существовало негласное правило. После появления очередного приплода, довольный хозяин привозил кабану мешок зерна, картошку и другие продукты. Хватало не только животному, но и его хозяину.

* * *

У нашей свиньи в очередной раз родились поросята. Их было более десятка. Мама-свинья была крупная и упитанная, поэтому выходить такое количество детей не составляло большого труда.

После сытного обеда она ложилась в тенечке, а «хрюкающие пятачки» копошились рядом. После некоторой борьбы «за место под солнцем», они прилипали к соскам и, громко чмокая, замирали. Мы назвали поросят «хрюкающими», однако это, скорее всего, по привычке, так как все свиньи, в том числе и поросята, хрюкают. Однако они пока что были еще маленькие и хрюкать не умели. Первое время они только визгливо пищали.

Поросята периодически носами массировали соски, чтобы молоко быстрее бежало им в рот. Издали казалось, что рядом со свиньей лежит «батарея» толстых сарделек. Мама-свинья, раскинувшись и удовлетворенно похрюкивая, лежала на земле.

Иногда кому-то из поросят казалось, что в соседнем соске больше молока и он, бросив свой, пытался оттолкнуть братца. Борьба сопровождалась визгом и писком, ведь как мы уже говорили, поросята хрюкать пока что не умели. Остальные малыши еще теснее прижимались к своим соскам и продолжали еще усерднее чмокать.

Если «завоевателю» удавалось оттолкнуть малыша, тот с жалобным визгом пытался найти освободившийся сосок. Он начинал бегать по головам братьев и сестер, пытаясь протиснуться между ними. А они еще плотнее прижимались друг к другу и еще усерднее продолжали чмокать. Иногда он подбегал к маме (вернее к ее голове) и плаксиво жаловался: «Они меня толкают, не дают есть. Я есть хочу, а они не дают». Мама нежно и успокаивающе похрюкивала: «Старайся сам всего добиться. Молока всем хватит».

Мама не вмешивалась в их дела. Когда столько детей, некогда вникать в проблемы каждого. Наконец, хнычущий малыш находил свободный сосок, и счастливо припадал к нему.

Когда мама с поросятами отправлялась гулять, они, облепив ее, путались под ногами. Здесь свинья не позволяла им баловаться и тем более отставать. Периодически раздавалось ее строгое хрюканье, и отставшие поросята устремлялись к ней. Она сосредоточенно бродила по траве, выискивая еду. Найдет желудь, вкусную травинку, жука или жирную гусеницу – все это отправлялось в ее бездонное брюхо. Еды свинье надо много, чтобы прокормить такое количество малышей. Поросята, так же как и их мама, опустив головы и, подражая ей, ходили по траве. Они были еще маленькие, чтобы выискивать в траве еду. Они только учились это делать.

Еда – это хорошо, однако они, как все малыши, были баловниками. Им хотелось побегать, поиграть. Среди них были и забияки, и мамины сыночки. Их чаще всего и обижали эти забияки. Обиженные с визгом неслись под защиту мамы.

- Мама, он меня обижает.

- А я что, я ничего. Это он сам пристает ко мне.

Такие детские шалости происходили постоянно. Мама-свинья только строго хрюкала на хулиганов и продолжала есть. Эти проблемы возникают в любой семье, ведь у каждого из нас дома есть свои такие же милые хрюшечки и не в меру послушные хрюны.

 

 

* * *

К нашему дому прибился небольшой песик. Ростом он был не больше поросенка; даже когда подрос, размер его не очень сильно изменился. Пришел он, скорее всего, издалека, так как в деревне таких собак не было. Он почему-то поселялся в свинарнике. Днем он гулял вместе со свиньями, бегал за ними, хватал за хвостики, а ночью, не смыкая глаз, охранял своих подопечных. Стоило появиться постороннему, как раздавался его звонкий и в то же время грозный лай.

Свиней у нашего хозяина было полтора десятка, столько же коров с бычками. Что же касается овец и коз, то их было несколько десятков. Все они безмятежно паслись и отъедались до поры, пока не наступало время отправлять их на «мясо». Это было время душевных мук, притом не только животных, но и хозяев. Ведь к своим животным они привыкали, некоторые из них становились, как «родные».

Когда фермер выносил еду своим свиньям, они, дружной гурьбой, отталкивая друг друга, устремлялись к кормушкам. С коровами и быками происходило то же самое. Более крупные животные отталкивали слабых, те в свою очередь еще более слабых. Однако, как бы то ни было, все они дружно ели и наедались.

Однажды жена фермера пожаловалась, что закончилось мясо, и предложила зарезать одного кабанчика. Немного подумав, выбор пал на Вислоухого. Утром фермер, как обычно, принес им корм. Все наперегонки бросились к кормушкам, начали есть. Один только Вислоухий стоял в стороне, боязливо косясь на своего хозяина. Пока фермер был в загоне, он так и не подошел к кормушке. Начал есть только, когда хозяин покинул загон.

Решили провести эксперимент. На следующий день кормить животных отправилась жена. Произошло то же самое. Вислоухий был сильным и крупным поросенком, однако после принятого решения он перестал есть, стал вялым и боязливым. Когда очередь дошла до быка, произошло то же самое. Он постоянно ревел, не хотел идти в загон.

Фермер рассказал, что такие проблемы возникают постоянно, так как животные каким-то телепатическим способом определяют свой конец.

Пришло время, свиней и быков стали продавать на мясо. Собака загрустила. Когда зарезали последнего поросенка, пес ушел из дома. Его больше никто не видел.

Возможно, он так и ходит от фермера к фермеру в надежде на долгую дружбу с домашними животными.

* * *

Мы вошли на подворье наших друзей. Оно было достаточно большим, чтобы все имеющиеся в наличии животные мирно уживались на нем. Каждый занимался своим делом. Куры усердно разгребали кучу мусора, молодые петушки выясняли отношения между собой, а лохматый пес с остервенением гонялся за своим хвостом. Он был настолько увлечен этим занятием, что не заметил посетителей.

Возле крыльца в тени дерева мирно посапывали два увесистых поросенка. Перед каждым из них лежала литровая бутылка с большой соской. Бутылки были пустые, а молоко на губах поросят указывало, что они только что опорожнили их. От обильной еды и жары их разморило, они уснули здесь же, возле своих бутылок. Один поросенок даже соску изо рта не выпустил. Периодически сквозь сон он начинал усиленно насасывать свою пустышку. Потом блаженно замирал.

Поросята были уже большие, ели из корыта, однако не отказывали себе в удовольствии попить молока из соски.

На крыльцо вышла хозяйка дома. Поросята мгновенно проснулись и с визгом бросились к ней. При этом каждый и них тащил за соску свою бутылку.

Хозяйка была одна, муж давно умер, а дети жили далеко в большом городе. Чтобы было не так скучно, они подарили любимой маме маленьких поросят. Хозяйка принесла их домой, обмыла в детской ванночке, которая, отслужив свой срок, пылилась на чердаке. Они стали розовые, как на картинке. Назвала их Дашей и Машей, так как обе были девочки. Пособия по выращиванию поросят у нее не оказалось, пришлось использовать имеющуюся в наличии книгу Бенджамина Спока «Ребенок и уход за ним». Так что поросята воспитывались по всемирно известному руководству.

Хозяйка сидела на крылечке и рассказывала, а рядом, положив головы на колени, лежали две симпатичные внучки – Даша и Маша.

 

* * *

Мы как-то купили десятка три цыплят. Изначально все они были одинаковые – маленькие и пушистые. Прошло некоторое время, и оказалось, одни из них растут лучше, другие – хуже. Те, которые были крупнее, целыми днями гребли ногами, клевали травку, собирали зернышки, выискивали жучков и паучков. Одним словом, трудились в поте лица. Стоило бросить что-нибудь из еды, они со всех ног устремлялись к кормушке, выхватывали еду из рук, и даже изо рта своих товарищей

Я рассказал об этом знакомому фермеру, предполагая, что удивлю его своими познаниями в птицеводстве. Он согласился, потом подвел меня к двум свиноматкам (а их у него было несколько десятков). Одна из них была упитанная, значительно больше другой. Вокруг нее копошились кругленькие поросята. Другая свинья была поменьше, хотя они были родные сестры. Поросята у нее были под стать мамаше, как будто все они прошли интенсивный курс похудания.

Фермер объяснил это «жоркостью». Для иллюстрации он налил каждой из них по ведру корма. Одна из них выела еду сразу же, облизала корыто и начала просить добавку. Вторая (та, которая поменьше) ела не спеша, время от времени поглядывала на нас. Когда она закончила есть, в кормушке осталось немного еды. Фермер в сердцах сказал: «Вот, посмотри, какой пример она подает своим детям. Ведь и они будут так же есть, как и их мать. Из них вряд ли получатся хорошие свиньи». По его словам, аппетит – это не только врожденное качество, но и приобретенное. Этому, и многому другому, они учатся у матери.

Фермер далее рассказал, чтобы свиньи лучше ели, он перед их кормушками прикрепляет зеркало. Свинья видит в зеркале соперника, пытающегося ее объесть, и начинает чавкать еще более интенсивно.

* * *

Вам, наверное, приходилось иметь дело с дворовыми собаками, которые, встретив совершенно незнакомого человека, привязываются к нему и следуют за ним по пятам.

Чаще всего это случается, если собака потерялась и разуверилась, что сможет найти своего хозяина. В тоже время она еще не «одичала» и не превратились в бродячую собаку со всеми вытекающими из этого последствиями. Это случается, если вы немного подкормили ее. Вы это сделали из жалости или естественного стремления приласкать симпатичное существо. Собака, приняв это за «чистую монету» следует за вами. И тогда вы начинаете беспокоиться, так как взять ее к себе у вас и в мыслях не было. Вы начинаете волноваться, что она не найдет дорогу домой (или того места, где была ранее).

В конечном счете, вы начинаете отгонять собаку, сердиться на себя, что приласкали ее. Собака в недоумении. Только что ей дали кусочек хлеба, а потом сердито отгоняют. Она не понимает, что случилось. Она решила просто так, без каких-то далеко идущих планов прогуляться с симпатичным (на ее взгляд) человеком, а он ее гонит, притом довольно сердито. В конечном счете, собака обижена, да и вы тоже – и в большей степени на себя.

С нами произошел аналогичный казус. Однако к нам, таким же образом, привязалась не собака, а свинья.

Наш лагерь находился недалеко от небольшой деревушки. Мы разбили палатки наподобие «каре», разложили инвентарь и все то, что требуется для жилья и работы. Необходимо было проводить геодезические и геоботанические съемки местности.

Работа была для нас привычная. Обычно, забрав снаряжение и продукты, уходили на целый день. Местность была холмистая, поросшая густым и мелкорослым кустарником. Возвращались к вечеру уставшие, наспех ели и ложились спать. Несмотря на то, что в этих местах водилась дичь, однако ружье брали редко. Охота требует времени, а его было крайне мало. А таскать ружье неизвестно для чего не было смысла.

Питались мы в основном консервами и рыбой, которая в большом количестве водилась в ручьях. Мы несколько раз обращались к местным жителям с просьбой продать свинью или овцу, однако неизменно получали отказ. Лето было в самом разгаре, и животных в это время не резали. В деревне покупали в основном яйца и молоко.

Свиньи, овцы, коровы бродили возле деревни на свободном выпасе. Некоторые из них заходили к нам в лагерь. Особенно любили это делать свиньи, так как там пищевых отходов было предостаточно.

Однажды кто-то ребят нашел в горах следы крупного медведя, поэтому стали брать ружье, скорее всего, чтобы пугнуть зверя, если тот встретится. Ведь не очень приятно, когда на твоем пути встречаются медвежьи следы и куртины помятой малины. Это теоретически медведь летом не нападает на людей. А на самом деле кто знает, что на уме у этого лесного великана. Кроме того, каким ни был смелым человек, незащищенность постоянно нервирует.

Как-то раз мы отправились на геоботаническую съемку. Наш путь пролегал через деревню, где необходимо было отдать деньги за прошлые покупки. Мы были постоянными покупателями, поэтому хозяйка угостила нас жареными подсолнечными семечками.

Когда мы выходили за околицу, за нами увязалась свинья. Ее поджарый вид указывал на то, что хозяева не очень балуют ее. Свинья почуяла вкусно пахнущие семечки и затрусила к нам. Она так вожделенно вдыхала воздух широко раскрытыми ноздрями, что ничего не оставалось, как угостить ее.

Мы двинулись дальше, свинья не отставала, трусила рядом. Периодически она скрывалась в кустах, потом опять догоняла нас. Мы начали волноваться, найдет ли она дорогу домой. Кроме того, нас волновало и другое. Если случится, что свинья потеряется или ее задерет медведь, тогда виноваты будем мы. Ведь наверняка кто-то видел, что мы «увели» свинью из деревни. Кроме того, могут подумать, что мы специально заманили ее в лес. Не хотелось из-за этой костлявой свинюшки создавать конфликтную ситуацию с местными жителями.

Поэтому нам ничего не оставалось, как постоянно подкармливать свинью, чтобы она не убежала от нас. В дело шли не только семечки, но и наши припасы.

Свинья держала нас в постоянном напряжении. Она то убегала, то возвращалась обратно. Притом делала это, не обращая внимания на наши крики и свист. Вела себя так, как ей этого хотелось. Что с нее взять, это ведь не собака.

Вскоре необходимость в подкормке отпала. Свинья присмирела, и уже не отходила от нас ни на шаг. Она постоянно прислушивалась и принюхивалась, лучше, чем хорошая охотничья собака. Периодически принимала «стойку», нюхала воздух, потом, поджав хвост, мелкой рысцой бежала к нам. По-видимому, она чувствовала запах какого-то зверя. Мы даже начали подшучивать над ней; могли себе это позволить, так как были защищены ружьем.

Вскоре мы наткнулись на медвежью кучку, которая обычно остается после сытного обеда. Она была совсем свежая, в утренней прохладе струйка пара так и «дымилась» над ней. Свинья остолбенела, потом осторожно, чуть ли на цыпочках обошла ее. Мы тоже не дышали.

Медведя нигде не было видно. Он, вероятно, почуяв нас, убрался подальше. Зачем ему конфликт с человеком, когда кругом столько сладкой малины. А что касается куска мяса на четырех ногах, то медведь, наверное, признал его нашей добычей.

К вечеру мы вернулись в лагерь. Свинья настолько вымотала нас, что легли спать без ужина. На следующий день свинья прибежала в лагерь; увидев нас, радостно приветствовала своим маленьким хвостиком. Мы сделали вид, что видим ее впервые. Не хватало, чтобы она еще раз отправилась с нами на прогулку. Все нормальные свиньи должны сидеть дома, а не бродить по сопкам.


СВИНЬИ ПОД ДУБАМИ

Не думайте, дорогие читатели, что, перефразируя название известной басни, хочу рассказать о свиньях, которые вредят дубам, подрывая их могучие корни.

Свиньи, если и вредят дубам, то только тем, что поедают их желуди. Однако плоды (а желудь – это тоже плод) на то и существуют, чтобы их есть. Давайте хотя бы на секундочку представим, что все мы (люди и животные) перестанем есть плоды – яблоки, помидоры, всевозможные ягоды, дыни, арбузы, предполагая, что этим сделаем приятное растениям. Первые, кто не захотят этого, – это сами растения. Они будут уговаривать нас, есть их плоды так же, как это делала лесная яблонька в сказке о гусях-лебедях – похитителях детей.

Природа (а если точнее, – сами растения) специально «придумали» плоды. Животные, поедая их, способствуют распространению семян, ведь вблизи родительского дерева у семени совсем мало шансов выжить.

Вы, наверное, обратили внимание. Незрелые плоды чаще всего зеленые под цвет листвы. Когда же семена созреют, плоды становится яркие – красные, желтые, оранжевые или черные. На фоне листвы они издалека заметны. Некоторые из них к тому же хорошо пахнут. Птицы и наземные животные, обладают цветовым зрением и хорошо различают яркие плоды. В их желудках мякоть плода переваривается, а покрытые плотной оболочкой семена, выходят наружу неповрежденными.

У желудей нет мясистого плода, поэтому все, что говорилось выше, к ним не имеет отношения. Расселение и «посадка» дубов – это специализация сойки, вороны, сороки, грача. В какой-то мере им в этом помогают лесные мыши, белки, бурундуки и другие мелкие животные. Некоторые птицы «сажают» желуди на пашне или огородах. Закопают желудь, а когда он прорастет, поедают его. Иногда птицы запасают желудей слишком много, порой забывают о них. Вот и растут сеянцы на радость всем.

Птицы и мелкие грызуны делают на зиму запасы. При урожае желудей, они только тем и занимаются, что рассовывают их в основания пней, под кору, мох или просто в укромные места. Мы в собственной квартире часто забываем, что и где лежит, а здесь огромный лес, с большими и малыми деревьями, с пнями и пеньками. Немудрено забыть о припасах в таком огромном хозяйстве. Семена прорастают и на месте кладовой зеленеют молодые саженцы.

Растет дубок на радость всем, и в первую очередь – могучих дубов. Ведь сеянцы – это их дети, которые для родителей большая радость.

У кабанов специализация совсем иная. Кабаны любят яблоки, груши, рябину, малину, шиповник, чернику и другие вкусные плоды. Скушает кабан яблочко, погуляет немного и оставит в укромном месте небольшую кучку, а там семена. Желудок кабана (медведя, барсука, копытных), так же как и птиц, переваривает только плод, а с семенами справиться он не может. Вот и выходят они наружу вполне жизнеспособными. В некоторых случаях всхожесть таких семян несколько выше, чем тех, которые не имели удовольствие побывать в желудке животных и птиц.

Свиньи постоянно перепахивают землю своими пятачками в поисках корма. Роясь в лесной подстилке, они закапывают семена растений, в том числе и тех, которые находятся в экскрементах. Им в этом помогают всевозможные жуки – навозники. Экскременты животных – лакомство для их личинок. Так что в природе ничего не пропадает, все используется в пищу.

Семена прорастают; проходит некоторое время и далеко-далеко от родительского дерева весной покроется белым цветом яблонька или груша. В природе для каждого растения есть свой садовник.

Я немного отвлекся. Ведь этот рассказ не о дубах, а о свиньях, взаимоотношениях между ними, после которых чаще всего рождаются маленькие детки. Так что этот рассказ, скорее всего, должен называться «Любовь под дубами» или нечто близкое. Свиньям в это время не до корней дуба и даже – не до желудей. Какие могут быть желуди, когда рядом находится милая свинюшка.

Мы привыкли, что домашние свиньи живут в тесном загоне и основное их занятие там – поесть, поспать и опять поесть. А все остальное (к примеру, любовная интрижка между толстыми свинками и такими же жирными кабанами) зависит от прихоти хозяина.

На севере Астраханской области есть замечательные места, поросшие дубовыми лесами. Дубы там – вековые. Некоторые из них многое повидали в жизни, в том числе и времена, когда удалые молодцы бросали наскучивших подружек в «набежавшую волну».

Местные жители своих животных, в том числе и свиней, содержат на свободном выпасе. Они приходят домой только на ночевку, да и то – не всегда. Некоторые животные рождают детенышей в лесу, а потом, когда те окрепнут, ведут их домой.

К тому, что коровы, овцы, лошади бродят стадами, отарами, табунами по степи, этим никого не удивишь. А вот свиньи … Часто ли нам приходилось видеть стадо домашних свиней, перепахивающих лесную подстилку в поисках желудей, корешков, насекомых, или поедающих травку-муравку? А среди них – маленькие поросята. Одни из них розовые, другие – черные, пятнистые, а третье … полосатые.

Мама-свинья постоянно роется в земле, выискивая себе корм; его ей много надо, чтобы молока для поросят было вдоволь. С другой стороны – поросята должны учиться добывать себе корм. Мама у них живой пример. Местные жители утверждают, – какова мама, таковы и дети. Если свинья трудолюбивая, то и дети у нее упитанные. У ленивой свиньи – дети худенькие, как и она сама.

Мама-свинья ест, а ее уши постоянно настороже – ловят подозрительные звуки. Услышав шорох, свинья поднимает голову, смотрит внимательно из-под лохматых бровей и тревожно хрюкает. Поросята, как по команде, замирают в траве.

Малыши спрятались, а их розовые спинки хорошо видны среди растительности. Окраска поросят не приспособлена для маскировки в траве, ведь вся жизнь свиней проходит в загоне, где не то, что спрятаться, даже повернуться негде.

Мама-свинья в некотором раздумье. Вдруг она срывается с места и галопом несется на нарушителя спокойствия. А поросята тем временем еще теснее прижимаются к земле. В нескольких шагах свинья резко разворачивается и на полной скорости несется прочь. Поросята устремляются за ней. Недельный поросенок бегает так быстро и юрко, что при желании не поймаешь его. Недаром серый волк, так и не смог догнать Наф-Нафа и его братьев.

Поздней осенью, когда ударят первые морозы и земля припорошится снегом, свиньи-девушки устремляются в лес. Их влекут туда не желуди, а нечто волнительное, не поддающееся описанию. У них возникает тревожное и в то же время сладостное чувство. Их сердца требуют любви.

Вы думаете, только человек жаждет ее? Все, без исключения! Паук, к примеру, за «ночь» с возлюбленной отдает свою жизнь. Паучиха после сладостных мгновений съедает своего избранника. Не менее кровожадно поступают самки богомолов, откусывающие во время спаривания голову самца. Так что заключительную часть своей миссии самцу-богомолу приходится выполнять будучи без головы.

Свинюшки, отправляясь в лес, прихорашиваются, чешутся о деревья, счищают с себя грязь, чтобы выглядеть привлекательней. Вдруг встретится тот самый «единственный», о котором мечтает девичья душа.

По всей видимости, и свинюшки пользуются «парфюмерией», ведь избранник чует ее запах за десяток километров. Учует и несется сломя голову сквозь чащу, не разбирая дороги. Выскочит на поляну красавец-кабан – клыки торчком, пятачок, как нож у бульдозера, щетина – дыбом, а глаза горят … лихорадочным огнем. Такому – вековой дуб выкопать, пара пустяков. Однако, ему не до уничтожения природы. Весь его пыл направлен против таких же, как и он кабанов, соперников. Горе тому, кто встанет у него на пути. Секачи ожесточенно дерутся за самку с соперниками и к концу гона нередко бывают сильно изранены и истощены.

Увидев девушку-свинюшку, кабан сразу же преображается, становится пай-мальчиком: хрюкает ей на ушко нежные слова, перебирает волосики на холке, нежно трется о милую мордочку, ушки. Наша свинюшки так и растаяла от этих свинячих нежностей.

Ходят они рядком, нежно похрюкивая и забыв обо всем на свете. Кабаны, бывает, так увлекаются своими подругами, что вместе с ними заходят в села и очень возмущаются, когда их изгоняют оттуда.

Домашним кабанам обидно, что их девушки-свинюшки гуляют с чужими «парнями». Справиться с лесным великаном им не под силу, поэтому они привлекают на свою сторону хозяина и деревенских собак. Однако с диким кабаном шутки плохи. Сердится он, огрызается, не желает уходить от своей подружки. Случается, что хозяину с собаками так достается, что приходится им прятаться в доме. Я наблюдал, как разъяренный кабан бросился на легковую автомашину и помял ее.

Весной, как только начинает пригревать солнышко, у нашей свинюшки появляются поросята. Они маленькие, симпатичные, однако, некоторые из них почему-то полосатые, как кот Матроскин. Почему полосатые? Папа у них – дикий кабан.

Для тех, кто не знает, расскажу. У диких свиней дети рождаются такие же хорошенькие, как и домашние, только полосатые. При малейшей опасности поросята замирают в траве и становятся невидимыми, в отличие от розовых домашних поросят. К трехмесячному возрасту, они приобретают обычную окраску. Поросята подрастают, и им уже нет необходимости скрываться в траве. Быстрые ноги и умение продираться сквозь густые заросли уносят от беды.

Хозяин свинюшки сердится, что «принесли» ему в дом неведомых зверушек. Ему бы радоваться приплоду, а он недоволен. Почему? Во-первых, у так называемых «диких» свиней сильно выражен копательный рефлекс. Они не могут есть, как все нормальные свиньи, в свинарнике все верх дном перекапывают. Кроме того, мясо у «диких» более жесткое, чем у домашних. Поэтому заготовители берут его по более низкой цене. Так что интересы у свинюшки и ее хозяина совершенно разные.

А для свинюшки-мамы все дети равны. Любит она их всех одинаково. Иначе и не должно быть