МОИП: САМОВАР PDF Печать E-mail

Можно смело утверждать, что ни один другой предмет русского декоративно - прикладного искусства и быта не вызывает такой живой интерес, как самовар. Причин для этого – более чем достаточно.

Прототипы самоваров, судя по всему, появились за рубежом много веков назад. Так, в раскопках в Помпеях был найден бронзовый сосуд I века н.э. овальной формы, в центральной части которого был бронзовый цилиндр с горящими углями. Сосуд явно предназначался для кипячения воды. С его гальванокопией можно познакомиться в отделе Древней Италии в Музее изобразительных искусств им. Пушкина в Москве.

Мнения о появлении самовара в нашей стране противоречивы. Одни считают, что его прародители были заведены в Россию на рубеже XVIII века из Западной Европы, другие указывают противоположное направление – Китай. Близкое знакомство русских людей с «машиной для кипячения воды» совпало с двумя другими важными событиями. Благодаря начатому при Петре Первом освоению рудных богатств Урала значительно подешевела медь, которую ранее приходилось закупать за границей. В результате, на российских мануфактурах было быстро налажено производство медной посуды. К этому же времени в России прочно утвердилась мода на чаепитие. Считается, что впервые чай завезли из Китая купцы Строгановы.

 

Одно время чай считался лекарством и был весьма дорог, но постепенно он приобрел большую популярность во всех слоях общества и начал теснить традиционные горячие напитки, которые готовились преимущественно на основе меда, трав, ягод, фруктов, специй и т.д. Однако самый популярный из этих напитков – сбитень успешно выдержал жесткую конкуренцию с восточным пришельцем. Горячий сбитень, который прямо на улице готовился в самоварах – чайниках, зачастую был сущим спасением для озябших пешеходов. Спрос на самовары быстро рос. Перед войной с Наполеоном только на заводе П.Силина в Московской губернии их изготовлялось 3 тыс. в год. После окончания войны с французами главной самоварной «кузницей» стала Тула.

Самовар к этому времени прочно утвердился в русском быту, став символом домашнего уюта и гостеприимства. В русской печи появился специальный отдушник – тяговый дымоход, позволявший «ставить» самовар прямо в избе, не опасаясь пожара. Хороший самовар свидетельствовал не только о благополучии и социальном статусе хозяина дома, но и о его пристрастиях и художественном вкусе.

Существовало более 600 различных форм русского самовара. Самые распространенные из них: цилиндр (банка), рюмка, репка (такой был у Л.Н. Толстого в Ясной Поляне), шар, бочонок, груша, яйцо, желудь, сундучок со съемными ножками, петух, паровоз и т.д. Жестких канонов на этот счет не существовало.

В богатых домах были в ходу сосуды, внешне выглядящие как самовары, но предназначенные для подогрева вина с помощью раскаленной гири, опускаемой в трубу. С ростом моды на кофе появились самовары – кофеварки. Были и трехсекционные творения, в которых можно было одновременно варить щи и кашу и кипятить воду для чая. Каждая секция такой «походной кухни» имела свою отдельную крышку. Были крохотные «детские» самоварчики на один стакан, «холостяцкие» – на 2-3 стакана, трактирные великаны, вмещавшие несколько ведер; самовары-грелки в форме фляги, которыми офицеры обогревались во время военных походов, и «однорукие» (как чайник) самовары для пикников. Самые распространенные были самовары на 4,5 литра, который в среднем стоил столько же, сколько одна корова.

Названий у них тоже было немало: самокипец, самодур, самогрей, самограй, самогар. В Ярославской губернии самовар величали кипятильником, в Иркутской – паровиком, а в Сибири – кубиком. Делали их из латуни, меди и мельхиора, реже – из серебра, стали и еще реже – из чугуна. Производство было делом трудоемким и требовало высокого мастерства. Из отобранного листа меди или другого материала мастер рихтует цилиндр – корпус будущего самовара, которому специальными молотками (а таковых насчитывалось более 20 разновидностей!) придавали нужную форму. Внутреннюю поверхность лудили. Краны, ручки и прочие детали изготавливались в литейных мастерских, а отдушины, поддоны и комфорки пробивали прессом. Неудивительно, что самовары, особенно штучные, стоили весьма дорого. Простенькие изделия продавались на вес, причем мастера нередко хитрили, заливая для тяжести в их основание свинец.

Посетивший Россию в 1858 г. французский писатель и публицист Теофил Готье в своих заметках отмечал пристрастие русских к чаепитию. Он писал, что через 2-3 часа после «тяжелого, сытного ужина» обычно следовал вечерний чай, к которому в изобилии подавались холодные закуски: ветчина, множество сортов сыра, пирожные и цукаты, и что день русского хлебосольства заканчивался так же, как и начался: чаем из кипящего самовара. По словам писателя, русские в те годы пили чай из стаканов. Однако это было принято, по-видимому, в светских компаниях, в которых вращался француз. В купеческой же среде чай подавали в больших чашках, но пили его, чтобы не обжечься, из блюдец.

Кипящий самовар водружался на специальный столик, где присутствовали также поднос, сахарница, щипчики для колки сахара, ситечко и другие атрибуты чайной церемонии. Лучшей для чая считалась речная вода, не приводящая к образованию накипи. Чай полагалось разливать хозяйке дома или ее старшей дочери. Чашку надо было наливать до краев. Гость переворачивал чашку вверх дном, если был употчеван в полной мере. Вся обстановка располагала к неспешным, обстоятельным беседам…

Русское чаепитие всегда существенно отличалось от аналогичных японских, китайских и других восточных церемоний. В этой связи интересна следующая оценка: «Восточная чайная церемония в своей основе направлена на самоуглубление человека, общение со своим внутренним миром. Она как бы вырывает его из будничной суеты. Способы самой заварки чая и его подача на стол – это подготовка почвы для отстранения от всего суетного. Русская же церемония чаепития направлена на получение абсолютно противоположного эффекта – объединения духовного мира людей, собранных за столом, раскрытия каждой отдельной души перед обществом, семьей, друзьями, получения новых знаний» (http://tula-samovar.com.ru/RUS/trad.html). Другая важная особенность русского чаепития: чай не просто заливается кипятком, а «заваривается» – т.е. распаривается в специальном заварочном чайнике.

Говорить о некой единой чайной традиции в царской России, по-видимому, нет оснований. Дворяне копировали английскую чайную традицию, которая, прежде всего, служила поводом для светского общения. В купеческо-помещичьей же среде чаепитие происходило преимущественно в кругу семьи и иногда заменяло обед или ужин, благодаря присутствию на столе большого количества еды и сладостей. Значительно скромнее «чаевничали» мещане и простой люд, которым самовар нередко помогал создавать иллюзию сытости.

В трудах российских писателей и поэтов - классиков, а также на полотнах живописцев самовар – неизменный атрибут. А.С.Пушкин в «Евгении Онегине» так описывает сцену чаепития в дворянской семье:

Смеркалось; на столе блистая

Шипел вечерний самовар,

Китайский чайник нагревая;

Над ним клубился легкий пар.

Разлитый Ольгиной рукою

По чашкам темною струею
Уже душистый чай бежал.

Ф.М.Достоевский в романе «Подросток» со свойственным ему трагизмом отмечал, что самовар «есть самая необходимая русская вещь, именно во всех катастрофах и несчастьях, особенно ужасных, внезапных и эксцентричных». В таком же ключе об утешительной роли самовара писал и А. Блок:

«Глухая тоска без причины,

И дум неотвязный угар.

Давай – ка наколем лучины,

Раздуем себе самовар!

……

За верность старинному чину!

За то, чтобы жить не спеша!

Авось и распарит кручину

Хлебнувшая чаю душа».

Но в воспевании многочисленных достоинств самовара все же всегда преобладали светлые, радостные тона. М.Н.Загоскин писал, что в ХIХ веке русский кипучий самовар стал «необходимой потребностью купечества, единственной роскошью небогатых мещан, праздничным, высочайшим наслаждением всех трезвых разночинцев, фабричных мастеровых и даже мужичков».

С самоваром было связано много всяких поверий. Если он «пел песни», то суеверный москвич, например, радовался: это к добру. «Если же при прогоревших угольях самовар начинал ни с того, ни с сего свистеть, то москвич испуганно хватал крышку, закрывал ею самовар и начинал трясти. Заглушив таким образом свист, москвич долго потом находился в состоянии тревоги, ожидания всяких неприятностей. Самой плохой приметой считалось, если самовар распаяется. В этом случае обязательно жди беды (А.И. Вьюрков, Друг семьи)».

В начале ХХ века одной только Туле выпускалось около 650 тыс. самоваров, которые помимо прочего экспортировались в Иран, Турцию, Марокко и другие страны. Самым большим несчастьем для самоварного племени всегда были войны, революции и прочие социальные потрясения, неизбежно превращавшие медь и другие цветные металлы в дефицитное стратегическое сырье.

Производство самоваров было свернуто в годы первой мировой войны и возобновилось лишь в годы нэпа. Тогда же вошло в моду награждать самоварами «ударников труда». В эти годы имел место последний всплеск отношения к самовару как к произведению прикладного искусства. При социализме от былого многообразия форм самоваров не осталось и следа. Изготовлялись лишь две наиболее технологические простые формы: банка и рюмка.

После Великой Отечественной войны самовары выпускались на заводах Тулы, Ленинграда, Куйбышева, Днепропетровска, Гродно и Суксуна и экспортировались в 53 стран мира. Многие семьи и в советское время продолжали следовать устоявшимся более чем за два века традициям чаепития. Особенно на севере России. Так, героиня одной из повестей Василия Белова вспоминала: «…Что говорить, не больно ласкова была покойница – свекровь, да справедлива. У самовара, бывало, сидит, первую чашку мужу, вторую сыну. А третью-то не себе и не малолетним золовкам, а ей – невестке».

Но постепенно традиционный самовар был повсеместно вытеснен электрическим чайником и его разновидностью – расписанным яркими красками электрическим самоваром.

В последние годы, и особенно после распада Советского Союза существенно изменился образ и темп жизни наших сограждан, а также формы гостеприимства и общения за столом. Миллионы угольных самоваров к этому времени окончательно износились и оказались заброшенными на чердаки и в подвалы, были изрезаны на житейские нужды, переплавлены или сбыты иностранным туристам. В современном русском доме самовар – скорее курьез, нежели предмет семейной гордости и символ уюта.

О величии былой самоварной эпохи можно судить в основном по музейным и частным коллекциям, которых, к счастью, с каждым годом становится все больше. Самая большая коллекция – в Государственном историческом музее, насчитывающая до 2000 экспорнатов. К сожалению, они не экспонируются. В то же время в музее Истории и реконструкции Москвы насчитывается 100 самоваров, но их можно видеть на многих выставках. Большая коллекция – дар Геннадия Кубрикова имеется и московском Музее декоративно – прикладного и народного искусства. Прекрасную коллекцию собрал за долгие годы москвич С.П.Калиничев, известный своими энциклопедическими знаниями, подаривший самовары десяткам российских музеев. Тоску по самоварам можно заглушить на вернисаже в Измайлово, куда в воскресные дни свозят со всех городов и весей тщательно отремонтированные и отполированные до зеркального блеска медные красавцы, а также самовары-инвалиды, растерявшие за долгую жизнь краны, ручки, заглушки и другие важные детали. Продают люди, по своему любящие старину, которые могут подсказать, как вернуть к жизни металлических тружеников.

Однако самовар не утратил своей роли там, где продолжают бережно относиться к давним традициям и ценить простые человеческие радости. Многие семьи в России продолжают собираться на своих дачах вокруг самоваров, унаследованных от родителей, дедушек и бабушек. Такие встречи можно с полным основанием считать островками семейного единения и трезвости.

«…Ну что ж, судьба изменчива, и даже

Твоя судьба, российский самовар.

Отныне будешь не в избе – на даче

Казать гостям свою былую стать.

Пока они о старине судачат,

Ты станешь словно церковка блистать.

Не от углей, а от сосновых шишек

Теперь тебе по выходным шуметь.

Дивить смышленых городских мальчишек,

Вскипая, как рассерженный медведь…»

Любовное отношение к самовару оказалось не подвластно времени в некоторых соседних странах. В Азербайджане до сих пор принято давать невесте в приданое самовар со всеми атрибутами. В Иране самовары можно видеть повсюду: в гостиницах, небольших ресторанчиках, чайных и почти в каждом доме. Их подогревают в основном электричеством, газом и керосином, Мастера-чеканщики демонстрируют высоты своего искусства, чеканя на виду у прохожих набор из четырех предметов: самовара, подноса, сахарницы и заварочного чайника по цене 50 американских долларов. В Иране сейчас мало туристов, поэтому найти покупателей на эти медные шедевры нелегко. В Турции самовар тоже можно встретить на каждом шагу. И иранцы, и турки называют его «сэмавэр» и знают, что он прибыл к ним когда-то из России. Я недавно побывала в этих странах и искренне порадовалась тому, что самовар и повсеместное неторопливое чаепитие остаются там важным элементом национального быта.

Пономарева Тамара Гавриловна, член Московского общества испытателей природы