Айзнер Н. (Израиль) "Русский" - значит "иной" PDF Печать E-mail

Чем дальше, тем более ясно, что "русские" не абсорбируются, сливаясь с местным ландшафтом, а создают новые пласты действительности, вступающие в равноправную интеракцию с израильским обществом, с его ценностями, приоритетами и традициями. Неудивительно, что это беспокоит израильский истеблишмент, под ногами которого внезапно расступилась земля, стал меняться привычный уклад мира.

Уже 25 лет прошло с того момента , как первые представители Большой алии из бывшего СССР спустились по трапу самолета в аэропорту им. Бен-Гуриона. 25 лет – это немало, и речь идет об отрезке времени, безусловно позволяющем рассмотреть такое явление, как «русофобия» (негативное отношение к русскоговорящим гражданам) со стороны  израильского истеблишмента, израильской «улицы» и прессы. Я считаю, что нашей общине следует посмотреть в глаза «русофобии» и сделать выводы об ее корнях, ее последствиях для русскоязычных израильтян, а также о влиянии этого явления на израильский общественный дискурс.

Следует признать, что «русофобия» существует на всех уровнях израильского общества, которое в целом является чрезвычайно ксенофобным (по последнему опросу общественного мнения, 95% израильтян считают, что наше общество подвержено расистским и прочим предрассудкам). Исторически сложившееся в обществе разделение на общины, сообщества и группы порождает враждебное отношение к любому «иному», будь то сефарды, ультраортодоксы, эфиопы или русские. «Русофобию» можно встретить повсеместно: как среди школьников, кричащих однокласснику «вонючий русский», так и на страницах газеты «Гаарец» (история с нашумевшей статьей Гидона Леви «Все мы – Мири Регев» ).

Наиболее примитивный вид русофобии, который можно вкратце сформулировать как «все русские проститутки и пьяницы», существовал в определенной мере в средствах массовой информации 90-х годов. Впрочем, иногда он снова попадает в прессу (см. вышеупомянутое высказывание Гидона Леви об «алкоголе и криминале», которые, оказывается, «в крови» у «русских иммигрантов» ). Вместе с тем, сегодня такой подход встречается достаточно редко. На сегодняшний день более распространены другие предрассудки и предубеждения, с которыми гораздо интересней вести дискуссию, и которым я хочу посвятить данную статью.

Сегодня,  как в прессе, так и в «салонных беседах», часто высказываемые мнения таковы: русскоязычная община закрыта, ксенофобна, культурно отгорожена от остального общества («культурное гетто»), а с политической точки зрения, она настроена «антидемократически», реакционно и даже тоталитарно.

Как и большинство стереотипов, эти идеи не совсем оторваны от реальности. Не секрет, что в русскоязычном пространстве Израиля гораздо большее место занимают политические идеи, традиционно относящиеся к правому лагерю, и что либеральные позиции левых по различным вопросам (феминизм,  права ЛГБТ, религиозный плюрализм и др.) не вызывают сочувствия на русской улице.

С другой стороны, представители праворелигиозного лагеря  обвиняют «русских» в том, что они стали причиной растущей секуляризации израильского общества. 31 декабря 2014 года министр культуры Лимор Ливнат оставила сообщение на своей странице Фейсбука, в котором она протестует против растущей популярности Нового года.

И в этом, безусловно, есть рациональное зерно. За последние 20 лет баланс религиозного и секулярного в Израиле изменился в сторону явной секуляризации всех областей: от вопросов кошерности и соблюдения субботы -  до празднования «нееврейских» праздников и продвижения идеи гражданских браков. Более того, культурная и образовательная автономия русскоязычных, не имеющая прецедентов в истории страны (предыдущие волны репатриантов просто вливались в «плавильный котел», не особенно сопротивляясь) как бы подрывает сами культурные устои Израиля как нового гомогенного сионистского образования со строго ивритоязычной культурой. Требования различных общин и меньшинств уважать и сохранять их культурные особенности получили мощнейшую поддержку в лице миллиона русскоязычных репатриантов.

В общем, «русские», конечно, не устраивают никого из старожилов: левые разочарованы тем, что не нашли среди них «подспорья» своему политическому лагерю, а правые и соблюдающие религиозные традиции недовольны тем, что они недостаточно стремятся влиться в местную культуру, настаивают на сохранении своего языка, культуры, праздников и других «нееврейских» ценностей.

Следует понять, что любые обобщения такого рода являются лишь рационализацией, с помощью которой люди оправдывают собственную ксенофобию. Правда состоит в том, что «русские» – иные, не такие, как коренные израильтяне. Мы не такие, как правые израильтяне и не такие, как левые. И неважно, каковы наши политические взгляды. Мы не такие, как религиозные израильтяне, даже когда мы придерживаемся традиций, и не такие, как светские уроженцы страны. Благодаря Закону о возвращении за 25 лет в Израиль приехало более миллиона новых граждан, которые так или иначе меняют устоявшийся баланс и влияют на израильскую реальность.

Чем дальше, тем более ясно, что «русские» не абсорбируются,  сливаясь с местным ландшафтом, а создают новые пласты действительности, вступающие в равноправную интеракцию с израильским обществом, с его ценностями, приоритетами и традициями. Неудивительно, что это беспокоит израильский истеблишмент, под ногами которого внезапно расступилась земля, стал меняться привычный уклад мира. Страх такого рода описан еще в книге Исход, в которой египтян беспокоила ситуация с многочисленным, сильным и культурно-автономным еврейским меньшинством. Каждая сторона (левые, правые, светские, религиозные и т.д.) видит в «русских» — нарушение баланса, определенного статуса кво, существующего со дня основания страны.

В заключение важно отметить, что, в большинстве своем русскоязычные израильтяне не страдают от ксенофобии или дискриминации на ежедневном, бытовом уровне – их, как правило, не дискриминируют при приеме на работу, в социальных связях, в браках и т.д.  Израильская «русофобия» имеет характер скорее обобщенно-идеологический. К примеру, если носителем право-националистических взглядов является политик, рожденный в Израиле, то его идеология – нечто индивидуальное, тогда как если этот политик рожден, скажем, в Молдавии, его идеология будет названа «плодом советского воспитания», даже если он живет в Израиле всю свою сознательную жизнь. Даже если мы уверены, что такие высказывания не требуют  какого-либо протеста (ведь, в конечном итоге, «собаки лают, а караван идет», и русскоязычная община достаточно представлена на всех уровнях), на мой взгляд, все же стоит обращать на них внимание, чтобы видеть тенденции в обществе и иметь возможность влиять на них. Ведь, что бы кто о нас ни думал, Израиль — это действительно наш дом.

http://relevantinfo.co.il/?p=7283