Фарит Габдулханов из Узбекистана 42 года преподает русский. Когда был в Москве на церемонии вручения премий лауреатам Пушкинского конкурса «РГ», рассказал печальную историю: — Гастарбайтер, работавший в Санкт-Петербурге на стройке, не говорил по-русски, поэтому не стал обращаться к врачу. Полежал три дня и умер. После этого трагического случая активизировались общественные организации по оказанию экстренной «языковой помощи» рабочим, не владеющим русским языком. Люди приходили на занятия с тетрадями и ручками, записывали каждое слово. Но всему этому их могли научить в школе.

 

Но качество узбекских учебников, а значит, и школьного образования, считает Фарит, не выдерживает критики. Следуя советским правилам, там учат детей грамматике, а не общению, авторы многих современных учебников лишь адаптировали российские пособия к местным реалиям.

— Многие ребята-гастарбайтеры «знают» русский, точнее его теорию, то, чему их учили на уроках. Подготовленные таким образом «знатоки» нередко не отвечают даже на вопрос «Как тебя зовут?» Причина в том, что ни в одном учебнике русского языка этот вопрос не встречается. Ученикам на уроках дается один-единственный вариант «Как твое имя?». С иронией можно отметить, что русские не догадываются задать этот «правильный» вопрос. Задай его, получили бы ответ «Мое имя Рахим». Такой ответ написан в учебнике! А русские упорно продолжают спрашивать — «Как тебя зовут?».

В Киргизии, около 600 тысяч граждан которой уезжают на заработки в Россию, между тем, считается, что школьникам будет полезнее изучать русский по учебникам, которые им привычней и понятней. Русские имена там заменены на киргизские, а иллюстрации имеют местный колорит — горы, люди в национальной одежде. Первые партии таких новых учебников уже поступили в 50 школ страны, в 35 из которых обучение ведется на русском языке, а в 15 — на киргизском.

Как этот официальный отчет видится изнутри, рассказывает декан факультета славяноведения Бишкекского гуманитарного университета имени Карасева Светлана Елебесова:

— Если школы с русском языком обучения получают какие-то учебники из России, то у киргизских учебных заведений — огромные трудности с литературой. Это при том, что русский имеет у нас статус официального. И если программы развития киргизского языка поддерживаются на государственном уровне, у официального такой поддержки нет. А ведь нужны книги нового поколения. Школы с благодарностью принимают учебники, изданные в России, — никаких запретов здесь в Киргизии нет.

Другое дело, надо писать и свои. Ведь мы испытываем колоссальные затруднения с учебными пособиями по русской литературе в вузах. К примеру, наш университет может себе позволить закупить один-два экземпляра. А у нас учится достаточно большое количество студентов-русистов. Мало того, предмет «Практический курс русского языка» является обязательным для всех студентов. Единственное подходящее пособие для стран СНГ было разработано авторским коллективом Московского Государственного лингвистического университета. Но и его у нас нет в достаточном количестве. Уж простите за критику, но наши надежды, которые мы возлагали на Россию в этом отношении, не оправдались. Недостаточно организовать «Русский центр», снабдив его какими-то книгами и компьютерами. Учебники нужнее!

Теперь о русском в таджикском изводе. В России работает самое большое количество гастарбайтеров именно из Таджикистана — до полутора миллионов. Поэтому, наверное, в этой республике пошли иным, нежели в Киргизии, дидактико-лингвистическим путем: там теперь есть учебник русского, который ставит акценты на особенностях российской таможни, пограничной службы, полиции, почты и телеграфа. Реалии, с которыми мигранту предстоит иметь дело, чтобы законно попасть в нашу страну и успешно отослать домой полученные здесь деньги. К слову, переводы из России составляют четверть заработанного таджиками.

Пособия по русскому языку для мигрантов обещают распределить по государственным учебным заведениям, а также по частным образовательным центрам. В надежде, что это поможет будущим гастарбайтерам освоить «лексический минимум», оговоренный Минобрнауки России. Он включает 850 слов, что не так уж и мало, если учитывать, что в повседневном общении мы, носители русского языка, ограничиваемся 1000-1500 словами.

Но таджикская молодежь после окончания школы (если это не престижная, душанбинская) русского языка почти не знает вовсе, утверждает Навруз Гулзод, директор центра Таджикского языка и культуры МГЛУ:

— Что делать? Разобраться, наконец, с учебниками русского, которые пишут у нас в республике. Думаю, что здесь мало тех, кто способен это делать качественно. В этих учебниках — таджикские реалии. Но дети их и так знают, а вот жизнь, которая предстоит в Москве и других российских городах, им не известна. Наших школьников нужно учить, как называются российские предметы быта, продукты, праздники… Для тех, кто едет в Россию, наверное, такие примеры в упражнениях, как «Наргиза идет пить чай в чайхану», не годятся. В Москве чай пьют в кафе или ресторанах. Даже тем, кто много читал о России в своих сельских библиотеках, трудно будет привыкнуть, скажем так, к некоторым специфическим особенностям российских мегаполисов.

В Армении, наверное, другие мотивы, но и там стремятся наполнить учебники геополитическими, культурными, социологическими и другими реалиями страны языка обучения. Проректор по науке и международным отношениям Ереванского государственного лингвистического университета имени Брюсова Лусине Флджян сначала напомнила мне, что многие знаменитые русисты были армянами: советские школьные учебники редактировал академик Бархударов, «Орфоэпический словарь русского языка» сделал Аванесов, а старославянский язык в университетах учат по Хабургаеву.

— Шесть вузов готовят специалистов по русскому языку и литературе. Во времена Советского Союза более двух третей армян отлично владело русским, — продолжила Лусине. — Это были билингвы, которые и не знали, что они билингвы. И сейчас каждый год объявляются конкурсы на составление учебников и пособий. И армянские русисты к этому вопросу относятся весьма ревностно, среди них жесткая конкуренция. Не дай бог появится какая-нибудь ошибка — шуму не оберешься. Впрочем, бывает и так. Находят хороший учебник, который хорошо продается, и делают с него кальку на русский. По курсу английского, который печатается в Оксфорде, могут задумать учебник русского языка для армянской аудитории. Эти учебники, понятно, не работают.

Елена Новоселова (http://rg.ru/2013/10/23/russkii.html)

Добавить комментарий